Арск-Информ
  • Рус Тат
  • Ну и что голодный. Зато жена красивая! (рассказ)

    Семен замер, не зная, что делать.

    Лену Сема встретил на дне рождения общего друга. Симпатия, вспыхнувшая с первого взгляда, ток, пробежавший между обоими, цветы, кафе, ухаживания и признания в любви. И вот наконец, Семен понял, что Елена – именно та самая женщина, в присутствии которой он согласен прожить остаток своей жизни.

    Умна, скромна, начитанна, а какие у нее бездонные глаза и длинные ноги! С ума сойти!

    Но самое главное, что Семе в своей избраннице очень нравилось – это ее стеснительность.

    В нынешнее время женщины (красивые женщины!) почти все кажутся акулами, «знающими себе цену», почти все они наглые, алчные, всех интересует материальное благополучие потенциальных женихов. А вот Леночка показалась Семе совсем другой.

    Подарков она не просила, на шубы-колечки и поездки на моря не намекала, в кафе с готовностью доставала свой кошелек, чтобы оплатить ужины и немного злилась, если Семен проявлял свою заботу, беря на себя все совместные траты.

    Словом, Семе казалось, что с такой искренней и душевной девушкой семейная жизнь будет его собственным маленьким раем, в который приятно будет возвращаться каждый вечер с работы.

    Лена раздумывать над его пламенным предложением не стала и быстренько согласилась замуж. После скромной свадьбы пара обосновалась в квартире Семы.

    Сема был обеспеченным молодым человеком: хорошая квартира, в свое время приобретенная родителями специально для него, личный автомобиль, стабильная работа, на которой Семен – ценный сотрудник.

    Словом, подружки Лене хором кричали: за Семена выйдешь – не прогадаешь! Собственно, так оно и было.

    Сема был добряком.

    С детства жалел всяких бездомных кошечек-собачек, переводил через дорогу старушек и стариков, помогал неимущим, обязательно подавая копеечки каждому, кто сидит с протянутой рукой.

    Жалел и женщин, жалел детей, жалел людей.

    Жалел и оберегал душевный покой и равновесие Леночки – не просил ее убираться в своей квартире, не злился, если видел грязную невымытую посуду на столе, не просил ее постирать свои рубашки и носки. Ведь до встречи с нею, в своей холостяцкой жизни, он сам справлялся с уборкой и приготовлением пищи, сам «шуршал» по хозяйству, к слову говоря, превосходя по чистоплотности любую хозяйку.

    Леночка радовалась тому, что ей достался такой понимающий муж.

    Она баловала Сему своим вниманием и божественным массажем, который стала делать любимому супругу по вечерам. Девушка приходила с работы раньше Семена, поэтому когда Сема открывал дверь, ему навстречу выпархивала его богиня-жена в легком невесомом халатике, под которым, как позже выяснялось, не было ничего..

    В такой идиллии они просуществовали почти полгода.

    После все поменялось.

    Сема любил чистоту. Любил вкусно поесть, любил ходить по пятничным вечерам с друзьями в спортбар.

    Но после того как в доме завелась жена, о прежней чистоте и порядке пришлось позабыть: везде валялись ее расчески, средства гигиены, и длинные волнистые волосы. Причем волос по всей квартире было очень, очень много.

    Семен даже недоумевал, собирая клочки ее волос – он скатывал из них шарики, перед тем как выбросить в мусорное ведро и удивлялся, почему эти шарики такие огромные, в то время как густая пышная шевелюра любимой нисколько не редеет.

    Шли день за днем, а готовить обеды и ужины женушка не стремилась.

    Она питалась какой-то низкокалорийной дрянью в пакетиках, потому-что соблюдала фигуру и признавалась что готовить не может.

    Как так не может? А вот – не может!

    -Ну котик, я ведь буду невольно вдыхать аппетитные запахи готовящейся еды и мне захочется есть. А если я начну есть, то мама дорогая, держите меня четверо: внутри меня проснется Нечто. Нечто ненасытное, огромное и жадное. Которое заставит меня.. Нет, даже не есть, а извиняюсь, жрать в три горла. А я только научилась управляться с чувством голода!

    Семен с сомнением взглянул на жёнушку. Хмыкнул.

    -Ну хорошо. Буду готовить сам. Так, зай, а что это там за завал в ванне? – перешел он к своему второму вопросу.

    Леночка подпиливала пилочкой свои и так идеальные ноготочки.

    -А что там? – приподняла она свои точеные бровки.

    -Так. – недовольно начал Семен. - Мое грязное исподнее и носки, время от времени появляющиеся в корзине для белья, я так понимаю, тебя совсем не волнуют, они могут полеживать до тех пор пока плесенью не покроются, это я уже понял. И стираю свои вещи как и до твоего переезда сюда, сам. Теперь объясни мне, дорогая – что в углу моей джакузи делают твои колготки, трусики и еще-что-то, похожее на бюстгалтеры? Это -что?! Предполагается, что я теперь должен стирать еще и твое белье сам?

    -Ну милый, я ведь не могу закинуть ЭТО в стиральную машинку? Белье очень нежное, его нужно стирать бережно и деликатно.. И ручками, ручками..

    Семен снова нахмурился.

    -И кто должен стирать?

    -Если ты видишь что мне недосуг, то ты и постирай. Мы же семья! – капризно ответила Лена.

    -Фигасе! – охнул Семен.

    Он понял, что жена верно и методично садится ему на шею.

    Она и так не желает делать по хозяйству ни-че-го! Так еще и свои тряпки начала втихушку ему подсовывать?!

    Но они никогда за свою недолгую семейную жизнь еще не ругались. И перед свадьбой поклялись друг другу что ругаться из-за бытовых проблем не станут: слишком уж это мелочно и некрасиво. Они же – не быдло, чтобы из-за каких-то грязных трусов грызться и разваливать институт брака?

    Семен вспомнил их дурацкие клятвы.

    «Что я, дурак, натворил?!» - поразился он. – «Сам свою женщину и разбаловал! Так она теперь и будет вот так лежать, в то время как я буду пахать как ишак! А что будет, когда дети появятся?!» - с ужасом подумал он.

    И испугался. Вспотел. Вытер пот со лба и решил что нужно начинать действовать.

    Ее грязное деликатное белье полетело в мусорное ведро.

    И плевать, что розовые заячьи ушки на трусиках, обшитых кружевом были почти родными. Только так – только теряя, она наконец, поймет, что не сможет его заставить стирать еще и ее тряпки.

    Остаток вечера он ждал. Ждал, затаив дыхание, когда же она заметит, чем заполнено мусорное ведро.

    Ура! Она достала какой-то тощий пакетик и пошуршав, высыпала его содержимое в тарелочку. И залила это кипяточком. (Это – ее ужин. По какой-то там системе, типа Малышевой.)

    Ненужный пакетик она собиралась выкинуть в ведро и поэтому когда открыла дверку кухонного гарнитура, за которой пряталось ведро для мусора, то замерла.

    -Это что такое?! – разозлилась она.

    Повернулась к Семену. Глаза мечут молнии.

    -Где?

    -Не прикидывайся! Зачем выкинул? Это твои вещи? Ты мне покупал? Ты знаешь, как эти вещи для меня дороги? Их мне мама покупала, а не ты!

    Семен оскорбился.

    -К чему вдруг такое разделение: "твое, мое"? Я же не припоминаю тебе, что ты живешь в моем доме?

    -А я помню, что живу в твоем доме! Не в моем! Поэтому у меня нет никакого желания ползать по твоей квартире с тряпкой в руках, ясно?

    -Так, вот уже и погорячее! - неприятно удивился Семен. - Тебя так задевает, что квартира - моя?

    -Конечно! Если мне тут ничего не принадлежит, то зачем мне надрываться чтобы обустраивать тут все?

    -Тихо, стоп! Давай не будем развивать эту нехорошую тему, любимая? - нехорошие предчувствия охватили мужчину и он решил свернуть разговор, пока все не зашло в самые дебри.

    Дни шли, а недовольство между молодоженами только росло.

    -Дорогая моя, когда ты выходила замуж, о чем ты думала? - пытался пробиться о глухую стену непонимания Семен, - О том что сядешь на диванчик и лапки свесишь? А как же быт? Как же обязанности по дому? Издревле так сложилось, что за семейным очагом приглядывают именно женщины. Мне ли тебе это объяснять? Тебя мама не учила что-ли хозяйничать? Если ты не будешь меня слушаться, пеняй на себя. Я тоже стану нехорошим мужем, чтобы соответствовать тебе!

    -Чего именно ты в данный момент от меня хочешь? - злилась Елена.

    -Хочу чтобы ты помыла сковородку, которая валяется в раковине. И приготовила мне ужин. Я уже порубил для тебя куриную тушку и даже почистил лук и картошку!

    Семен всерьез сомневался, умеет ли его благоверная готовить.

    -Я не смогу, - отрицательно покачала головой Лена. - У меня ногти. И вот:

    девушка вытянула руки перед собой и Семен увидел на них дивные узоры.

    -Что это? - растерялся он.

    -Это мехенди, - улыбнулась Елена, - правда красиво?

    Семен разозлился. Он всегда злился, когда ощущал голод. Но голод - не тетка, в животе неслабо уже все бурлило и урчало, есть хотелось намного сильнее, чем выяснять с ленивой супругой отношения, поэтому Семен испарился в кухню, где плотно закрыв дверь, в злейшем своем настроении принялся жарить курицу с картошкой.

    ***

    В Семе что-то будто надломилось с того самого памятного дня, как жена объявила о своих претензиях. Своим признанием она развеяла его самые оптимистичные ожидания и спустила с небес на землю. Содрала с глаз розовые очки и вселила уныние.

    Но что поделать, он уже женился. Жаль, не удалось рассмотреть истинное личико избранницы до свадьбы.

    Друзья на пятничных посиделках в баре выслушали Семена с видимым сочувствием. Почти все они были прочно женатыми, многие даже с детьми, поэтому с высоты своего нелегкого бытия в женатом виде, охотно сыпали советами.

    -Главное, пока с детьми не спешите, - посоветовал друг Ванька, самый старший в их компании. – Потому что если появятся дети и ты прикипишь к ним душой, то, как ни прискорбно это звучит, станешь марионеткой в руках своей Лены!

    -Ванька правду глаголет, - отрывая от засохшей рыбёшки полоски, подтвердил Игорёк. – Слушайся Ваньку. С моей Зинкой у нас так было. До развода дошло, сам знаешь. Чтобы с сынулей по воскресеньям повидаться, приходится по несколько кругов ада пройти!

    -Но я женился не для того, чтобы в будущем маячил развод! Что делать-то, пасаны, что делать? – хватался за голову Семен.

    -Да погоди ты горевать, у тебя же есть мы, - наперебой начали успокаивать пригорюнившегося друга мужчины, - Зря что-ли мы тут каждую неделю посиделки устраиваем? Каждый тащит сюда за стол свои семейные проблемы, которым мы помогаем разрешиться коллективным разумом. Ибо одна голова хорошо, а пять – лучше!

    Четыре лба при этих словах дружно качнули Семену своими вихрами, чубами и челками.

    -А женщины – они все такие, - продолжил шокировать «наивного Семку» всезнающий Иван. – Им лишь бы замуж повыгоднее пристроиться. Так и подозревал, что тебе в жены именно такая фифа достанется. Ты ж самый лакомый кусок для этих хищниц! Квартира у тебя считай, своя, мама твоя в семью твою не лезет, деньги стабильные ты зарабатываешь, хата обставлена. Я как Ленку твою увидел, сразу почувствовал, что неспроста она к тебе приклеилась. Взгляд у нее такой был, с хитрецой.

    -Что ты мне сразу не сказал, про взгляд? – огрызнулся хмуро Семен.

    -А зачем я тебе предсвадебное настроение портить бы взялся? Мы все, мужики, через это проходили – боготворили поначалу своих дам. Наивная юношеская слепота и дана нам именно для этого – чтобы не придирались по пустякам и поскорее вели своих женщин в Загс!

    Это природа так схитрила, чтобы мы, мужчины, теряли бдительность от женских феромонов, быстрее женились и увеличивали рождаемость. Ишь как все в природе взаимосвязано. Да не дрейфь, развестись ты всегда успеешь, если что!

    -Про детей мы тебе сказали – не спеши ими обзаводиться. Теперь второе: ни при каких обстоятельствах в квартире свою Елену Прекрасную прописывать не вздумай! – продолжал учить уму-разуму Семена Иван. – Квартира – это все твое! Если пропишешь жену, то считай хозяйкой недвижимости себя возомнит. А как у акулы из пасти потом права на свое же жилье выдирать-то будешь?

    Семен взволнованно сжал зубы и на лбу у него выступил пот.

    -Все настолько серьезно? Мужики? – не поверил он.

    Все четверо дружков рассмеялись над его наивностью.

    -Нет, хорошо что у тебя есть мы, - утирая пенные усы вокруг рта, крякнул Иван. – А то сколько бы ты дров без нас успел б наломать, желторотик!

    Женский батальон

    А в отсутствие мужа, по телефонной конференц-связи в это время дома, общалась со своей родней Елена.

    Старшая сестра Наталья+мама, Ирина Витальевна+бабушка+лучшая подруга Елены, Марина, все они висели на проводе и наперебой выслушивали и "пичкали" советами «молодую неопытную хозяйку» Леночку.

    -Продолжай в том же духе, подруга! – перебивая всех, кричала в трубку подруга Марина. – Свои вонючие носки мужчина должен стирать сам и точка! Потому что несправедливо, что женщины должны тащить на себе весь быт!

    -Ты подруга, себя должна в первую очередь жалеть, себя! А дети пойдут, совсем загнешься? Мало того что детей ваших будешь обстирывать, так еще и его тряпки замачивать? Нет уж, пусть с первых дней брака привыкает убирать за собой сам. Посуду тоже не мой! Даже свою чашку, поняла ты меня? Если твой Сема не дурак, то пойдет и купит тебе в кухню посудомоечную машинку. Ты, кстати, намекала ему что тебе нужна посудомоечка? Значит, плохо намекала! Или тебе попался в мужья чурбан непонятливый с глазами! Мой Женька вот сразу понял-уразумел! В кредит мне взял машинку. Ничего, мы тебя научим как надо намекать! Кстати не мелочись, проси хорошую, немецкую, «Бош сайленс-плюс», например. И бери широкую, которая на 12 персон. В узкую много посуды не впихнешь!

    -Все Мариночка, ты свою порцию бесценных советов Леночке подарила, дай теперь и мне слово! – вклинилась в разговор мама Елены, Ирина Витальевна.

    -Доченька, послушай меня! - закричала ультразвуком женщина, - Стирка-уборка, это конечно хорошо и здорово что Мариночка помогает тебе приучить к ведению хозяйства мужа. Но пока давай о наиглавнейшем! Что там насчет квартиры-то, продвижения есть? Ты прописалась уже, или так и ходишь, в приживалках у мужа? Смотри у меня, девочка, останешься ни с чем! Где гарантия, что он не выставит тебя через пару-тройку лет со своей жилплощади, потому что найдет себе новую пассию? Смотри сколько вокруг развелось профурсеток, которых ничто, повторяю тебе, ничто на пути к мужчине понравившемуся не останавливает!

    -Ни на наличие жены они не смотрят, ни на наличие детей! Липнут к женатым мужикам как мухи на мед, ты смотри у меня, Сему своего не проворонь! Ты у меня смотрю, совсем в невыгодном положении находишься! Если у Семы на стороне заведется такая Мери Поппинс, то окажешься на улице с голым задом! Ишь, белье твое даже начал потихоньку в мусор выкидывать!

    -Это о чем говорит? Влюбленный муж ни за что бы твои вещи выбрасывать не стал! Он бы наоборот, трепетно выстирал своими руками твои тряпочки и тихо-молча на батарею бы сохнуть вывесил, поглаживая их руками и любовно вздыхая! Белье жены – это святое! Как можно было выбрасывать, что за дикость, что это за варвар бесчувственный тебе в мужья достался! – удивлялась мать Лены.

    Лена долго еще стояла у туалетного столика, поджав правую ножку и кивая головой, внимая в трубку..

    Семен вернулся из бара домой злой.

    Взглянул на встречавшую его в дверях жену с неприязнью, но та тоже ждала его нерадостно, она нервно сжимала в руках скалочку. Деревянная скалочка выглядела смехотворно в его глазах.

    -Это еще зачем? – удивился Семен, пряча улыбку.

    Лена сдвинула брови на переносице (как мама сказала) и постаралась рявкнуть как можно грознее:

    -Мне надоели твои отлучки по вечерам пятницы! Чтобы это было в последний раз! Где ты шлялся, забыл что у тебя дома жена имеется, которая вообще-то волнуется и ждет! Зачем женился если дома не сидишь?!

    -Ах жена-а-а! – усмехнулся нехорошо Семен. – Жена – это, по-моему тот человек, который по утрам жарит своему мужу яичницу с беконом и помидоркой на завтрак, так? И не только завтрак, но и обед, и даже ужин! Жена, дорогуша моя, - это та самая женщина, которая стирает мужу вещи и моет в квартире пол хотя бы раз в неделю, так? Ты хоть знаешь, кто имеет право считать себя Настоящей Женой, а, "жь-ж-жина"?

    -Ну вот! Мама была права! – неодобрительно прокричала Лена. - Ты меня уже и за жену не считаешь! Короче, иди и спи в кухне, животное!

    -Так, а я не понял, почему это я, хозяин квартиры, должен спать в кухне? - удивился мужчина. - У меня вообще-то спальня имеется! Моя! И кровать! Кровать, которую я недавно, не побоюсь тебе напомнить, купил, на свое, заработанное!

    А ты? Между прочим, куда ты тратишь свою зарплату, "жена"? Нет, ну честно, продукты покупаю домой я, мыльно-рыльное, да бытовую химию - тоже я, коммунальные платежи - все на мне! И даже кредит за машину, на которой вожу тебя каждый день на работу, то-о-оже выплачиваю один я! Ты бы хоть туалетную бумагу, извиняюсь, дорогая, покупала бы в туалет что-ли сама? Потому что угадай - кто больше всех эту бумагу тратит? Явно не я!

    Лена была поражена:

    -Что?! Так вот ты какой? До чего мелочный, ужас, какой кошмар! Ты еще и бумагу туалетную считаешь? Это, ну я не знаю, уже ни в какие ворота не лезет! Ладно, черт с ней, с "твоей" кроватью! Тогда наверное ты забыл, что постельное, включая одеяло и подушки, я с собой в твою квартиру после свадьбы, свои принесла? А твои старые, на которые жалко смотреть было, я вынесла на помойку. Так вот. Спи ты на своей заработанной кровати сам, но без постельного белья! И да, свое главное забыла сказать: тогда уж и без жены! Животное! А что касается туалетной бумаги.. ну и жлоб же ты! Я буду сама для себя покупать! Все-равно ты не то покупал! Самую дешевую, хотя я не один, и не два раза намекала, чтобы ты "Зеву" брал!

    -Я не животное! - крикнул вдогонку жене Семен. - Возмутительно! Как так я обманулся, доверив жизнь свою и жизнь своих будущих детей такой ж-жадной и зловредной женщине? Нет, ну вы видели, запросы? "Зеву" ей подавай! То что я покупал целых домой полгода, и чем она с у-упое-ением рьяно пользовалась, оказалось, не то!

    ***

    -Все плохо, пасаны, - еле дождавшись очередной пятницы-развратницы, жаловался друзьям Семен.

    -Ну, рассказывай! - загудели те.

    -А чего рассказывать -то? - мрачно огрызнулся Семен, - раньше жена меня просто не кормила, не обстирывала, а теперь еще и доступа к своему телу лишила! Еще хуже стало! Ну я же хотел по-хорошему, цивилизованно и без ругани разрулить все, так зачем же я вас послушался? - чуть не расплакался он.

    -А ну возьми себя в руки, ты что тряпка? - рявкнул громко, приводя друга в чувство, Ванька. - Не хватало еще ради бабы слезы лить! Нас, таких, на десять девчонок по статистике всего девять штук, забыл?

    -Да при чем здесь девчонки? Все стало совсем плохо: уже до того дошло, не поверите: из-за рулончиков туалетной бумаги грыземся! У нее значит теперь свои, у меня - свои! Из-за туалетной, повторюсь, бумаги, Карл! И знаете что особенно бесит? Свою бумагу (дорогую), она в туалете не хранит: прячет в своей тумбочке, оттуда в туалет приносит, а после, с собой обратно забирает! Видите до чего докатились?

    -Жесть! - присвистнул Евгений, один из женатиков. - Я так в общаге когда жил, помню, делал..

    -Ага! - уныло кивнул головой Семен. - Спит она теперь на диване в гостиной. Временно, говорит. Скоро в рассрочку грозится другой диван взять, помягче и с оттоманками, чтоб значит, еще и подружек в гости приводить! И откуда-то в мое отсутствие притаранила старую страшную тумбочку. Она у ей запирается на ключик. Веревки по стенам какие-то протянула, развесила на них везде свои тряпки. Хоть в гостиную теперь не заходи! Там не гостиная, а будуар теперь стал!

    -Телек-то ты из гостиной забрал? - поинтересовался сочувственно Игорь.

    -Да мне как-то уже не до телека, пасаны, - совсем расстроился Семен. - При чем тут телек, у меня жизнь к чертям, в болото катится! Что делать-то теперь, а?

    -Выкинь ее из дома вместе с ее хламом. Заведи другую бабу. Нормальную, - нервно закурив, промолвил Иван.

    -Не могу, люблю! - отрезал Семен.

    -Тогда я не буду тебе больше ничего советовать, - неприязненно поджал губы Иван. - Поздравляю тебя со званием "каблук года". Жарь себе сам дальше свои яйца, стирай ее трусы.. И да, сиди пожалуйста по пятницам дома. Не ходи с нами больше в бар. Разочаровал!

    -Тихо ты, Иван. Не видишь, пацана ломает? - тихо произнес Евгений.

    Он сбегал к барной стойке и принес оттуда огромную кружку "кваса".

    -Это тебе. Пей, болезный, пей. Легче станет, - еле слышно и пряча глаза, пробормотал он. - Выпьем друзья, молча? - обвел он всех глазами.

    ***

    Лена ходила по квартире счастливая: улыбка до ушей, блеск в глазах. Еле дождалась возвращения мужа и с порога огорошила его новостью:

    -А я - беременна! И все, ухожу от тебя!

    Семен, только приехавший после трудного рабочего дня, был уставшим и голодным. Но новость сия заставила учащенно биться его сердце.

    -Почему уходишь?

    Лена с улыбкой до ушей радостно оповестила:

    -Нормальной жизни хочу! Теперь мне нужно нормально питаться, а у нас с тобой же раздельное питание? И потом, когда ребенок появится.. То что, ты будешь продолжать взимать с меня половину трат за электричество, мусор и воду?

    Семен с недавних пор стал подсовывать жене квитанции с коммунальными платежками и требовать с "жены" оплачивать все траты пополам. А что такого? Они же живут по факту, как соседи в коммуналке. Пусть платит тоже за воду, которой моется, и за электричество, которое жжет.

    -Другую дуру ищи! С меня хватит! - радостно выкрикнула Елена.

    Хитрая женщина знала, с каким благоговейным трепетом Семен относится к маленьким деткам. Он регулярно отчисляет с зарплаты посильную благотворительную помощь больным детям, покупает игрушки и шоколадки племянникам и соседским детям. Жалостливый он. А тут, надеялась она, свой малыш появится, родной, собственный! И мама спрогнозировала, что Сема сдастся и прогнется желаниям и требованиям жены. По нему видно, что совсем чуть-чуть поднажать на него осталось. На него ж смотреть стало страшно - бесцветный, угрюмый. Он даже бриться перестал и зарос бородой и усами. Приходит с работы и молча стирает свои вещи, моет посуду и убирается в комнатах..

    Семен и правда стал выглядеть чахлым и больным. Он словно умирал изнутри. Глаза его давно перестали лучиться позитивом и ожиданием счастья.

    -Беременна? - пошевелил он иссохшими губами. - Я никуда тебя не отпущу!

    Семен, узнав новость от жены о скором пополнении, пересмотрел свое отношение к Леночке.

    "Ведь мы же - семья, совсем скоро у нас появится общий ребенок, маленький человек! И что же делаю я? Третирую бедную беременную супругу вместо того чтобы прислушаться? Наша семья превратилась в поле сражения, разве к этому я стремился, когда делал Леночке предложение?"

    Он решил поменять свое поведение ради сына. (Почему-то Сема был уверен, что у них будет именно сын.) Попытаться вернуть их прежние отношения, начать все с начала.

    Первым делом он начал покупать жене цветы и подарки. Просто так, без повода. Елена приходила с работы, а на столике в гостиной ее ждали цветы: небольшие букетики лилий или хризантем, гербер или калл.

    Время от времени, появлялись на столике том и милые безделушки: игрушки и статуэтки, мишки: обычные и из роз; коробочки с конфетами.

    Лена молчала и он молчал.

    А потом, в одну из пятниц, Семен не пошел ни в какой бар к друзьям. В тот вечер Елена была приятно удивлена накрытым столиком на двоих: свечи, торт, фрукты и цветы.

    И Семен. Галантный, в том самом костюме, в котором был, когда познакомился с нею.

    -Давай поужинаем вместе? - сильно волнуясь, попросил он и Елена без раздумий согласилась.

    Пасаны

    -Семы нет. Все. Прогнула его баба эта! - с каменным лицом пробормотал Иван. Трое мужчин склонили удрученно головы.

    Второй год пошел, как пятеро друзей являлись на еженедельные встречи в этом их спортбаре. И в снег, и в зной, и в дождь, и в ураган, Иван, Евгений, Игорь, Семен и Егор упорно шли к своему неизменному месту встречи. И никакие жены, дети, дачи и тещи с "пробками" не могли остановить этих мужчин от похода в бар. Это была их нерушимая традиция - встречаться в баре каждую пятницу.

    А Семен ее нарушил.

    Из-за какой-то Лены.

    Мужчины были очень обижены на друга.

    Все молчали с кислыми минами, разговоры в тот вечер не клеились, настроение всех четверых было испорчено предательством друга.

    -Мы его потеряли. Но ничего, мы подождем. Ребенок родится, недолго он будет мнить себя счастливым папашей. Да ведь мужики? - вдруг повеселел оптимист Игорь, - Бабы же звереют после родов, что мы, не проходили все через это разве?! Вот и Лена превратится в монстриху. (Уж она-то точно!) И тогда он снова прибежит к нам!

    Рабство

    Семен осознанно пошел на жертвы ради сохранения своей семьи. Сын и жена - разве они не достойны того, чтобы забыть ради них всю свою прошлую жизнь?

    Но все-равно все очень скоро пошло не так.

    Сыночек Матвеюшка радовал своими криками по ночам, Семен как любящий отец сам вставал к нему по ночам, сам укачивал младенца на своих руках, расхаживая по комнате в то время как любимая жена, подарившая ему бесценное сокровище в виде сына, сладко спала.

    Семен сам готовил еду.

    Жена восприняла это как само собой разумеющееся:

    -Лучшие повара - это мужчины! И потом, кто же кроме тебя лучше всех знает, чего бы тебе хотелось на обед или ужин?

    Уборка также оставалась на Семене.

    Семен молча драил в своей квартире пол, выносил мусор утром и вечером, готовил по вечерам ужин, терпеливо мыл после ужина посуду: ведь жена ребенком занималась, а это такой труд..

    Очень скоро он сам смекнул, что нужно купить в дом посудомоечную машину, мультиварку и робот-пылесос, и тогда у него высвободится время. А еще нужно купить коляску, санки-коляску, кучу модных вещичек сыну и на все это потребовалось много денег, потому что Леночка не хотела рыскать по распродажам и выискивать, на чем можно сэкономить. Она заявила так: "у твоего сына должно быть все самое лучшее, не так ли? Поэтому мы не будем жалеть денег на все самое модное и стильное, ведь правда?"

    При этом, взамен от жены Семен ни разу не услышал ни слова благодарности. Словно все так и должно быть! А ведь брак предполагает взаимообмен между супругами!

    Если он так вкалывает и старается, крутится и на работе, и дома, то и жена должна стараться мужу угодить, разве не так?

    Однако на деле все было не так. Елена даже свои супружеские обязанности выполнять отказывалась: Семен позабыл, когда они занимались любовью в последний раз. Секса в их отношениях совсем не стало.

    Лена получила то что хотела: Сема полностью подчинялся своей супруге. И он не жалел о том, что она подогнала его "под каблук", ведь ради семьи на что только не пойдешь.

    Но и этого Елене оказалось мало.

    ***

    -Я теперь не работаю, поэтому твоих денег нам на троих не хватает, - заявила Елена спустя всего-то спустя месяц после родов. - Давай переедем жить к моим родителям, а эту квартиру будем сдавать?

    Семен поперхнулся супом из консервов.

    -Никому мы квартиру сдавать не будем! Ты в своем уме? Тут же ремонт, тут мебель еще практически новая!

    Лена недовольно сдвинула брови:

    -Мне тяжело управляться с ребенком. Я даже ванну принять спокойно по вечерам не могу, и выбраться из дома - тоже! Когда Матвей начинает плакать, ты не можешь с ним справиться! Зато моя мама согласна помочь мне с малышом и если ты откажешься переезжать со мной к маме, то мама сама приедет жить к нам!

    Семен замер, не зная, что делать.

    Тещу он откровенно недолюбливал. Да и жена в последнее время начала откровенно бесить, а это ее высказывание добило его окончательно, переполнив чашу терпения.

    Семен заметил, что Елена ежедневно названивает своей матери и рассказывает той обо всем-обо всем! А теща проявляла нездоровый интерес к их семейной жизни, она с самой свадьбы начала совать свой длинный нос в их дела. Путем несложных раздумий, Семен понял, кто науськивает Елену на ссоры с ним.

    -В своем доме я твою мать видеть не хочу и точка! - отрезал он. - Я и так взвалил на себя все твои обязанности, так тебе этого мало и ты собираешься до кучи и мать свою сюда притащить! Я знаю, вы потом с двух сторон на меня накинетесь! Вторую командиршу я не выдержу!

    Лена пробовала переубедить мужа.

    Она просила, она грозилась, она даже всплакнула немного, однако Семен стоял на своем: тещи в его доме не будет!

    Поняв, что в этот раз сделать по-своему не получится, Лена втихушку собрала свои вещи и пока Семен был на работе, забрала сына и переехала к матери.

    Где живут родители жены, Сема знал, поэтому приехал за женою и сыном на следующий же день.

    А была родом Елена даже из пригорода, из маленького села близ города.

    Теща встретила его в дверях своего дома с перекошенным от ярости лицом.

    -Прикатил? Сначала значит, довёл Леночку, а теперь испугался? Ты зятёк, так и знай: мы нашу Ленку в обиду не дадим, нас тут полный дом защитников.

    -Да чем же я обидел-то ее? - непонятливо жался у порога Семен. - Мне бы поговорить с нею? Ушла, не сказав ни слова..

    -Неправда! - рявкнула теща, - Она только и делала что поговорить с тобою пыталась! Я все знаю, я своими ушами слушала каждое ваше слово при последнем вашем разговоре!

    -Это как понимать? Лена что, разговоры наши что-ли записывала? - непонимающе ахнул Семен.

    -Нет конечно, да как ты мог подумать о таком?! - разозлилась Ирина Витальевна. - Мы с Леной по телефону разговаривали, и она забыла отключить меня, я все слышала! Оказывается, ты даже видеть меня в своем доме не хочешь! Ну спасибо зятек, уважил! Это ж сколько лет я прожила, всем только радость приносила, а тебе единственному не угодила! А ведь я-то, к тебе-то, подлец, всей душою, а ты!..

    -Мама! - выбежала из дома на крыльцо Елена. - Я сама с ним поговорю! Иди в дом! Присмотри за Матвейкой, я сейчас подойду.

    Теща, Ирина Витальевна, смерила Семена напоследок гневным взглядом и посоветовала дочери, перед тем как уйти:

    -Если что - кричи! Пусть только пальцем посмеет тронуть!

    Семен проводил тещу недовольным взглядом и повернулся к надувшейся жене:

    -Вернись домой! Что ты вытворяешь? Что опять тебе не так?

    Лена демонстративно отвернулась от него, сложив руки на груди.

    -Я думаю, что нам с тобой придется расстаться. Ты мне не подходишь! Ты совершенно не слушаешься меня!

    -Да как не слушаюсь-то, я же все для тебя, я вон и убираюсь сам, и зарплату в семью тащу, и с сынулей тебе помогаю, и еду готовлю.. Я же, вот, я, я, не помню когда в последний раз телевизор смотрел, все время то у плиты, то с тряпкой! - от растерянности Семен начал даже заикаться и отвечать невпопад.

    Мысли в голове его терялись.

    -А квартиру ты почему не хочешь сдавать? - вопрошала жена, - Я же как лучше хочу, а ты уперся. Ну вот скажи: зачем нам жить в городе, если мы все-равно почти все время сидим в четырех стенах, в этой бетонной коробке? В городе с малышом ни на улице не погулять - воздух загрязненный, ни дома не посидеть, потому что то горячую воду отключают, то отопление, - принялась гнуть свое Елена. - То ли дело тут, у мамы в поселке. Тут и дышится по другому, потому что воздух свежий, и гулять с коляской можно спокойно, машин на улицах - раз, два и обчелся! И баня есть, и помощников у меня - куча! Нет, в город к тебе я не вернусь!

    Семен не мог поверить своим ушам.

    -Ты лишаешь меня сына! - пробовал вразумить он супругу, но та только пожимала плечами:

    -Ты можешь приезжать по выходным в гости и играть с ним. Извини, но ты сам виноват - наговорил гадостей о моей маме. Что плохого она тебе сделала? Мама наоборот помочь хотела, приехать к нам чтобы с Матвейкой помочь, но нет же - ты же не преминул на нее ушат дерьма вывалить! Теперь мама ни за какие коврижки не согласится приехать в город, к тебе в гости. Ты ее - обидел! И сюда тебя жить она уже не пустит! Но ты сам во всем этом виноват!

    -И что делать? - развел руками Семен.

    -А что делать? Все в твоих руках, - затаив улыбку, проговорила Елена.

    Она видела, как потряхивает от нервов мужа. Тот так переживал из-за разлуки с сыном, что выглядел потерянным и жалким. Еще чуть-чуть и он согласится на все ее условия ради того чтобы вернуться в семью.

    ***

    Лена провела Семена в залу и все в доме сразу забегали. Дом был огромный, бревенчатый, а комнат в нем - как в лабиринте, видимо-невидимо. Межкомнатных дверей тут не было, вместо них - ситцевые, в цветочек, шторки.

    И шторки эти заколыхались, когда из комнат высыпали ближайшие родственники Лены. Оказалось, что тут их много - как муравьев в муравейнике: из одной комнаты вышла старшая сестры Лены, Наталья, со своим мужем и детьми. В другой комнате жила с женихом тетка Лены, родная сестра Ирины Витальевны, Любовь.

    Из следующей комнаты выглянули и снова скрылись за шторками любопытные внуки этой тетки и их мать-одиночка (двоюродная сестра Лены).

    Была еще младшая сестра Лены, Катя. Она была совсем молоденькой и совсем недавно вышла замуж.

    Был еще какой-то хмырь в очках. Он появился из-за шторок и скрылся обратно.

    Куча детей носилась по комнатам, сметая все на своем пути.

    И наконец, из самой дальней комнаты, Ирина Витальевна торжественно выкатила инвалидную коляску, в которой сидела очень старая, совершенно седовласая старушка. Несмотря на почтенный возраст, сидела она в коляске прямо. Точнее, гордо: выпрямившись, чуть запрокинув свою седую голову вверх. Губы ее были стянуты в тонкую морщинистую ниточку, кончики губ презрительно смотрели вниз, а глаза демонстрировали величие, достойное самой королевы Англии.

    Ирина Витальевна надменно взглянула на зятя:

    -Это - моя мама. На вашей свадьбе ее не было, она не имела возможности познакомиться с тобой лично. Она и сейчас не горит желанием с тобой знакомиться, но что уж поделать, придется, раз ты такой настырный.

    Бабка оглядела Семена с явным неодобрением.

    -Если хочешь чтобы Леночка и Матвей были рядом с тобой, то ты должен вести себя со всеми нами по-родственному, - начала свою речь старуха. - Ирина рассказала мне о вашей с Леночкой проблеме. А проблема у вас одна: вы с Леной просто в разных весовых категориях. Это неправильно, Леночке тоже нужно придать веса и значимости.

    Семен похлопал глазами.

    Он не мог взять в толк, о чем толкует эта бабулька и почему их с женой внутрисемейные проблемы выносятся на суд всей этой левой кучи родственников.

    -Продавай квартиру. - продолжила вещать старуха. - Понимаешь, я очень переживаю за внучку и правнука. И не зря: ты у нас гляжу, парень дерзкий, несдержанный, да и вообще ты мутный тип: из города, с собственной квартиркой, доверия не внушаешь. Кто вас городских разберет? А вдруг через годик-другой ты возьмешь, да выставишь нашу Леночку со своей жилплощади? Вот если бы она тоже была собственницей.. для гарантии, вот тогда другое дело, тогда мы будем спокойны за нее. В-общем, предлагаю тебе поступить так: вы продаете твою квартиру и покупаете новую. Побольше. Ты же работаешь? Вот и возьмешь кредит в банке, на расширение жилплощади.

    -Но нам и в этой квартире хорошо. Не буду я ее продавать! - возмутился Сема.- И кредит нам не нужен. Зачем я буду лезть в долговую яму именно сейчас, когда появился малыш и предстоят расходы?

    -Я же сказала - у нас в семье все решается сообща! - разозлилась бабушка Лены. - Не хочешь подчиняться - вон из семьи! Мы другого мужа нашей Леночке найдем, посговорчивей!

    ***

    Сема сам не понял, как оказался выпертым из дома тещи. Он пребывал в таком шоке от увиденного и услышанного, что не захотел тут больше оставаться, поэтому прифигевший, потопал к машине и сев в нее, уехал прочь, не став даже оглядываться.

    Одно он понял точно: квартиру свою он продавать не готов и жить за шторками огромной дружной семьей в тещином доме, желанием тоже не горит.

    Пусть Лена сама там живет, раз ей так хочется.

    Холостяцкая берлога

    Семен мучился от разлуки с женой и сыном, от мыслей о собственном ребенке у него душу наизнанку выворачивало.

    Порывался все бросить и уехать к жене в ее село, согласившись на все ее условия, однако от такого внезапного порыва его вовремя останавливало нежелание ютиться в "муравейнике". Остекленевшими глазами мужчина подолгу смотрел на огни города из своего окна, дымил, раздумывал и хмыкал, разговаривая сам с собой.

    -Да уж, Еленушка, загнала ты меня в самый угол. Ты как самка богомола, вживую меня слопать хочешь! Тут и к бабке не ходи гадать, ясно-понятно, чего вы со своей мамашкой добиваетесь: квартирку прибрать мою хотите! Ладно, твоя взяла, приеду я к тебе, приеду. Правда не представляю, что это за жизнь такая начнется невыносимая, если надо мною будут командовать сразу три, а то и более, бабы? - с тоской раздумывал он вслух, сидя у окна.

    (Повадился сидеть у окна, высматривая, не возвращается ли домой "загостившаяся" благоверная).

    -Ну ведь не может же она вот так взять и уйти, разрушив семью? - вопрошал он у темноты в коридоре.

    ..Особенно мучился Семен одинокими длинными вечерами. Дома было тихо и темно - он не жег в комнатах свет.

    Злился.

    Не убирался в квартире, не выносил мусор, не готовил еду и не мыл за собою посуду. В холодильнике было пусто, в раковине - гора немытой посуды, а грязная одежда вываливалась из корзины прямо на пол, образуя целую гору. Он не жил, он существовал. Изредка Семе звонила мать, чтобы спросить как дела. Милейшая женщина, она не лезла в жизнь сына и невестки. Она даже перестала приезжать в гости к Семе с тех самых пор, как увидела поджатые губки невестки Лены, она все правильно поняла - тут ей не рады, после чего уехала, попросив звонить если что-нибудь понадобится.

    В жизни Семена творился хаос. Так больше продолжаться не могло.

    -Черт возьми? - однажды разозлился Семен, - У меня есть сын. Мой сын. Так почему я не могу быть с ним из-за каких-то женских капризов?! Я хочу быть с ним, и я буду рядом с ним, вот и все, это же так просто! И никакая женщина не посмеет препятствовать этому!

    Мужик сказал - мужик сделал. Семен оделся, впрыгнул в машину и помчался к тещиному дому.

    "Паучье гнездо"

    Тещин "муравейник" был упрятан за высоченным забором. Семен дернул за металлический "калачик" в железной двери и о, чудо, ворота отворились.

    В самом дворе, у ворот, носились огромные две псины, размерами с крупных телят. Едва Семен вошел внутрь и ступил на выложенную камушками дорожку, обе собаки бросились к нему, разевая свои пасти и зависли, удерживаемые цепями, в полуметре от вусмерть перепуганного Семена. Псины клацали своими зубами и неистово лаяли, однако длина цепей, которыми псы были прикованы к будке, была рассчитана на то, чтобы просто пугать незваных гостей и посетителей, не причиняя им вреда. Семен собрался с духом и дрожа, пробежал по узенькой дорожке к крыльцу дома. Он собрался было заскочить на крыльцо, но услышал голоса где-то сбоку и притормозил.

    Он осмотрелся, пошел на голоса и увидел мужчин этого дома.

    Да, четыре фигуры столпились в огороде, у мангала. Там мужчины жарили шашлыки; пахло по всей улице настолько аппетитно, что слюной не изойти было невозможно.

    Семен прокрался к огороду и поздоровавшись, поинтересовался, где женщины.

    Ответил ему один из зятьев Ирины Витальевны, худущий сутулый юноша в огромных очках, Дмитрий:

    -Там они, в доме, в кухне салатики режут. Позвать?

    Семен замялся:

    -Да нет, не нужно.

    Два зятька Ирины Витальевны, еще один какой-то незнакомый хмырь и престарелый седовласый мужчина, оказались людьми немногословными и странноватыми. Будто-бы затюканными какими-то. Все они молчали: не шутили, не травили шуточки, не распивали напитки. И тени улыбок не наблюдалось на их лицах. Они равнодушно жарили шашлыки и переговаривались только по делу. Вообще Семену они показались роботами бездушными.

    "Вот до чего их бабье это довело", - пролетело в мыслях у Семена. - "Вот итог совместного пребывания с этими.. Паучихами! Слепили из мужиков каких-то рабов безмолвных".

    Разговор у Семена с ними не заладился. Как ни старался Семен разговорить парней, те угрюмо молчали, не желая вступать с ним в беседы.

    ***

    Первой Семена увидела Ирина Витальевна. Женщина шла с пустой кастрюлей в руках. Лицо ее было похоже на каменную маску, зловеще искривленные в гневе брови и презрительно изогнутые сухие морщинистые губы придавали лицу дьявольское выражение.

    -Когда будет готово? Пошевеливайтесь давайте! Мяса хочется! Ой, а кто это тут у нас? Семен? А что ты тут забыл, Семен? Тебе в прошлый раз неясно были озвучены условия?

    -Я приехал к жене и сыну, - сквозь зубы процедил Семен. - Не к вам.

    -А твои жена и сын - моя кровь, разве не так? - хищно выгнула бровь теща, показав зятю свои мелкие острые зубы из-за губ, отчего стала похожа на маленькую грозную собачку. - Это я родила Лену! Я! - нагло заявила она прямо в лицо зятю, - Значит, подчиняется она в первую очередь мне, а не тебе, ты уж не обессудь, зять. Я воспитала хорошую дочь! А ты, как муж, должен жену слушаться, жена плохого не посоветует!

    -Наговорите мне тут сейчас, - съязвил Семен, - Вашей Лена была до похода со мною в Загс, а теперь она мне - законная супруга! Мне! У меня вот даже штамп в паспорте имеется, если что.

    Семен почувствовал, как кто-то нерешительно толкнул его в спину и обернулся: сзади стоял бледный как смерть зять-дрыщ-Дмитрий.

    -Чего? - не понял Сема.

    -Того.. Не груби маме, - несмело попросил Дмитрий. - Не порть ей настроение. А то из-за тебя всем нам тут потом попадет..

    Четыре пары глаз мужчин взирали на Семена со страхом. Ужас плескался в глубинах их зрачков..

    Бабуля

    Лена самодовольно улыбалась, поглядывая на Семена, играющего с маленьким сыном. Она милостиво разрешила мужу повидать малыша, но в то же время зорко следила за обоими.

    Пока Семен водился с Матвейкой, женщины накрыли во дворе под раскидистой липой стол. Они уставили его блюдами с салатами и свежими фруктами, усадили за стол кучу детей, привезли на инвалидной коляске знакомую уже Семену "самую главную старейшую хозяйку этого дома", уселись все сами и пригласили за стол "дорогого гостя".

    А он и впрямь был для хищниц "дорогим" гостем. Дорогим и бохатым.

    Как только трапеза подошла к концу и все наелись-напились, женщины выпроводили детей и вернулись к столу чтобы "обсудить ситуацию".

    -Ну-с, я так понимаю, ты приехал чтобы помириться и попробовать воссоединиться с Еленой? - надменно поинтересовалась у Семена "старуха", мама тещи.

    Семен кивнул головой.

    -Прелестно, - довольно улыбнулась старуха, растянув свой рот в улыбке. - Итак, значит, уже можно выставлять твою квартиру на продажу? - переспросила она, плотоядно глядя в глаза Семе.

    Тот вздохнул и снова кивнул головой.

    На самом деле, продавать квартиру он не собирался ни тогда, ни сейчас. Тем не менее, в данный момент ему нужен предлог, чтобы увидеться с женою и сыном. Раз старуха надеется, что он попадется на эту дурость, то.. пусть, пусть заблуждается. Это ее право. А он покачает согласно головой и уедет из этого паучьего гнезда сразу же, как только уговорит Лену вернуться в город.

    Старушка расцвела. Потерла в предвкушении свои ладошки и загадочно прищурилась, глядя на Семена.

    -Но пока ты отсутствовал, условия возвращения Леночки в семью претерпели, так скажем, небольшие изменения, - нагло заявила она. - Не будем ходить вокруг, да около, скажу сразу!

    Семен хотел поднять голову, услышав зловещие нотки в голосе старухи, но та вдруг стала такой тяжелой, такой.. чугунной.

    И вообще, ему стало как-то не по себе после бокала сока, любезно поднесенного лично тещей. В голове клубился какой-то непонятный туман, а в теле нарастала слабость и адски клонило в сон.

    -На деньги, вырученные от продажи вашей с Леночкой квартиры, мы решили сделать пристрой к нашему дому. - Бабуля махнула своей иссохшей ладонью в сторону дома. - Зачем вам покупать другую такую-же бетонную коробчонку в каменных джунглях душного мегаполиса, ну кому это надо - застройщиков обогащать? Уж лучше мы ваши, да денюжки, вложим прямо в кирпичики нашего же домика, да ведь, дорогой "внучек"?

    Семена ее слова даже не удивили. Какая-то вдруг непонятная апатия на него навалилась и стало безразличным все вокруг..

    Встрепенулась и активизировалась теща.

    -Будете жить с нами! Это же так здорово - в наше время редко где увидишь такое - чтобы вся родня жила огромной семьей в одном доме, под общей крышей! - воодушевленно защебетала Ирина Витальевна, запорхав подле зятя, - Ах, как же хорошо, как хорошо, что ты все понял и перестал нам перечить, Сёмушка! - заглядывала она ему в глаза. - Мы так и знали, что ты обязательно вернешься! А что это ты зятек, глазки закатываешь, спать хочется? Ты спи родной, спи, ни о чем не волнуйся! И Матвейку мы сообща воспитаем, и тебя!..

     

    Реклама

    Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Комментарии (0)
    Осталось символов: